Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

06.03.2017

ИХ СДРУЖИЛО МОРЕ И СВЯЗАЛО СЛОВО

Проталина. 2016. №1-4
На страницах нашего сайта 10 октября 2016 года мы вспоминали известного уральского художника и писателя Евгения Ивановича Пинаева (1933 – 2016 гг.).
В журнале «ПРОТАЛИНА» (№1–4, 2016), полученном нами из Екатеринбурга, опубликована статья «Их сдружило море и связало слово», посвящённая Евгению Пинаеву и Виктору Конецкому.
С самого первого номера журнала Е.И. Пинаев был в составе Общественного совета «Проталины», кровно жил интересами журнала.
В начале сентября 2016 года Евгений Иванович предоставил журналу свою переписку с Виктором Конецким, но публикацию не увидел: его не стало 29 сентября…
Начав подготовку этого материала при жизни Художника, редакция журнала приняла решение ничего не менять во временной подаче текста, и оставила всё, как было при совместной работе с Евгением Ивановичем.
Сердечно благодарим главного редактора журнала Елену Юрьевну Минакову-Чернову за подготовку материала к публикации в журнале и возможность его появления на сайте Морского литературно-художественного фонда имени Виктора Конецкого.

ИХ СДРУЖИЛО МОРЕ И СВЯЗАЛО СЛОВО 
АВТОГРАФ НА ПАМЯТЬ

Они никогда не виделись, но дружба их, морская и мужская, крепла и продолжалась многие годы. Ко времени знакомства у каждого уже почти определился свой порт приписки. Писатель, киносценарист и капитан дальнего плавания Виктор Конецкий жил и работал в Ленинграде, а писатель, художник и тоже человек с большим опытом мореплавания Евгений Пинаев прибился к уральскому берегу – сухопутному Свердловску. В далеких 1980-х их соединила, прежде всего, ностальгия по неисчислимым морским дорогам, дающим постоянную пищу для художественного воображения.

Евгений Пинаев. Автопортрет

Евгений Пинаев. Автопортрет.

Началось все с неожиданного телефонного разговора. Потом пошел обмен впечатлениями и книгами. Пинаев выслал Конецкому свою книгу «Мир дому твоему» и акварельные работы. Из Ленинграда пришел теплый ответ – книга с повестями и рассказами «Путевые заметки с морским пейзажем». На светлом фоне форзаца Конецкий оставил автограф: «Боцману-дракону Пинаеву от квази-капитана Конецкого на добрую память. 27.06.85 г.». Здесь же следует текст-признание:
«1. Самое хорошее в Вашей книге – боцманские записки (но без дурацкой могилы Маркса и отказа выпить с американскими морячками).
2. Акварели Ваши наполнили меня бело-черной завистью. Они такие “мокрые” и свободные! Очень завидно.
3. Удачи Вам во всех обширных начинаниях. В.К.».
По поводу шутливых реплик. Пинаев пояснил, что как-то они с командой оказались в Лондоне, и их сразу же повели на Хайгетское кладбище исключительно отдать дань великому коммунисту – Карлу Марксу – «Бороде». А время это можно было потратить и по-другому. Вот по поводу чего Конецкий иронизирует в своем письме. А что касается «американских морячков», то они были не в курсе наших суперстрогостей, когда пытались угостить советских парней своим виски. Об этой встрече, тоже в Англии, Пинаев рассказывал в публикации «Над нами паруса».
Хронику отношений заполнили письма. Не все они, к сожалению, сохранились. На их страницах звучал юмор, но чувствовались порой тревога и печаль, которые тогда витали над людьми, пытающимися оставаться свободными в своем деле. Да и сейчас эти ощущения многих не отпускают.
1983 год… Из Ленинграда приходит конверт с типографским следом того времени: изображен октябрьский флаг и так далее… А в конверте листок, размашисто заполненный с обеих сторон: 
«Дорогой Евгений! (Отчество угадать не могу).
Спасибо за письмо, хотя оно и грустное. Замечательные слова Вы нашли: Существование смысла при оторванности ощущается острее и ценится дороже”.
Я сейчас в Вашем положении – с морями завязано. И вообще, время пришло, а начальство, как Вы, вероятно, догадываетесь, от моих последних книг не в восторге: из БМП вышибли. В 55 году я был КМ “МРС-823” на перегоне, тогда Моряков был командиром моего отряда. На “Крузенштерне” я крутился еще в 45 году, когда стоял у набережной Красного флота – хороший барк! Дай ему господь – пусть плавает подольше.
Очень заинтриговало то, что Вы бросили институт Сурикова – это была мечта всей моей жизни с раннего детства. Неужели совсем бросили живопись? Такого в жизни не бывает – не хочу верить.
Спасибо Вам за добрые слова. Будете в Питере, звоните обязательно.
С дружеским морским приветом, Ваш Конецкий. 03.06.83 г.».
Упомянутый в письме Моряков работал в Морском агентстве по перегону судов. Именно к нему попал еще в студенческие годы Пинаев. Он тогда был в Ленинграде и пришел в агентство узнать, что и как. Моряков принял его, выслушал и предложил отправиться на север в Арктику. Сам он был командиром отряда судов, участвовавших в перегоне по Северному морскому пути. В 1958 году Пинаев отправился в рейс на спасательном буксире «Бдительном», а Конецкий плавал в те же годы на МРС – малом рыболовном сейнере. Эти суденышки моряки называли «мартышками», именно на таком сейнере Конецкий дошел аж до Камчатки.

МРСы у берегов Камчатки. 1955 год

МРСы у берегов Камчатки. Фото Николая Гришина. 1955 год.

По текстам писем видно, что в какие-то моменты Пинаев шел по морскому следу своего старшего товарища. Оба навсегда побратались с морем и тосковали по нему в каждой разлуке, оба в своем литературном творчестве постигли глубины интеллектуальной маринистики. 
Виктор Викторович Конецкий – писатель с именем, морской офицер, вся его судьба крепко связана с флотом. С 1953-го по 1955-й служил на судах Аварийно-спасательной службы Северного флота, некоторые его наблюдения той поры легли в основу новеллы «Путь к причалу» и одноименного фильма. После демобилизации в должности капитана МРС-823 принял участие в перегоне судов по Северному морскому пути из Петрозаводска до Петропавловска-Камчатского. Это был первый в истории переход каравана малых судов в условиях Арктики. Северным морским путем он прошел четырнадцать раз. Добрался, пересекая океаны, и до берегов Антарктиды. Теперь он ходил в рейсы на торговых, научно-исследовательских и пассажирских судах. С середины 50-х, не оставляя флота, начинал писать и публиковаться. Из-под его пера вышли десятки книг. 
Книги ленинградского писателя всегда занимали самое почетное место на книжной полке уральского писателя Пинаева. Бросив суриковский институт, он отправился на долгие десять лет нести морскую службу сначала матросом, потом боцманом на рыболовных и учебных парусных судах. Плавал на самом знаменитом русском паруснике «Крузенштерн». В этом году знаменитому барку исполнилось 90 лет.

Е. Пинаев. С попутным штормом

Евгений Пинаев. «С попутным штормом». 1997 год.

Хотя Пинаев «суриковку» и оставил, но кисть из руки не выпустил, продолжал искать новые сюжеты, делал выставки и был принят в Союз художников. На полотнах самобытного мастера запечатлено увиденное в странствиях к берегам Кубы, Африки, Англии, Арктики, Америки. Окончательно Евгений Иванович пришвартовался к уральскому озеру Таватуй, которое дает ему некоторое утешение, он называет воды озера Мини-Балтикой.

На берегу Таватуя. Фото Евгения Козлова

На берегу Таватуя, в посёлке Калиново, где жил и работал Е.И. Пинаев. 
Фото Евгения Козлова.

В книгах Пинаева живет неистребимый дух романтики, показано мужество в схватке с грозной стихией, и в воспоминаниях оживают портреты друзей.
Но вернемся к дружеской переписке двух моряков. 1986 год – очередное письмо:
«Дорогой Евгений!
С июля я плавал в Арктике. Вернулся и вот смотрю на завал из почты. И вижу, что на присыл книги с “Катькиным столбом” не ответил. Стучу себя по пустой башке. Извини, брат. Рассказ хороший и запомнился. Только вот: Венера не звезда, а планета – две большие разницы, как говорят в Одессе. Это для Симонова – один черт, а для нашего брата… Нет в нашем деле мелочей.
Исповедь твою прочитал с болью – слишком многое слишком хорошо знакомо из собственного опыта. Однако не занимайся самоедством: нас еще героями назовут за то, что мы в такое время не только не скурвились, но даже умудрялись заниматься искусством. Это я серьезно.
Слайды твои смотрел только через лампочку (то есть на лампочку) – фильмоскопа нет. Нравится мне и писаное, и рисованое, и боль твоя. Однако – терпеть надо.
Обнимаю тебя! В.К., 02.11.86.».
Только люди с твердым и чистым пером могу так искренно и отрыто болеть от того, что творится вокруг, и так доверительно делиться друг с другом своей болью, своими мыслями.

Художник Алексей  Штерн. Портрет Виктора Конецкого

Алексей Штерн. Портрет Виктора Конецкого.
(Вариант 2011 года).
Музей искусства Санкт-Петербурга (филиал Манежа).

А строки Симонова, которые прозвучали в рассказе «Катькин столб», такие: «Над черным носом нашей субмарины взошла Венера, странная звезда. От женских ласк отвыкшие мужчины, как женщину,­­­­­­­­­­­ мы ждем ее сюда». Герой Пинаева решил, что поэту простительно называть планету звездой для красоты слога, потому что он не был судоводителем.
В 1987-м писатель Виктор Конецкий присылает на Урал своему литературному собрату книгу «Ледовые брызги» с автографом:
«Евгению Пинаеву – на всякие добрые надежды и с пожеланием удачи на всех фронтах, Ваш Конецкий. 04.12.87 г.».
Замыслил Евгений Пинаев написать портрет Конецкого, имея только его фотографию. На воплощение замысла ушло много времени… А в 2008 году мастерская Евгения Пинаева попала в пламя пожара, который перекинулся с соседского двора. Тогда сгорела огромная часть архива, погиб в огне и портрет. Единственное утешение, что почти все работы в это время находились в персональной экспозиции, организованной Ирбитским государственным музеем изобразительных искусств. Пламя пощадило книги Конецкого с его автографами, облизав только переплеты...

Редакция журнала «Проталина»

Работа Е.И. Пинаева

Е. Пинаев - В. Конецкому

Е. Пинаев. Работа из архива В.В. Конецкого

Поздравительное письмо Е.И. Пинаева Виктору Конецкому, полученное писателем в январе 1992 года. Работы Евгения Пинаева (без названия) были приложены к письму. 
Из архива В.В. Конецкого. 



Новости

Все новости

20.04.2017 новое

XII ИГНАТЬЕВСКИЕ ЧТЕНИЯ

10.04.2017 новое

БЕЛЛЕ АХМАДУЛИНОЙ

05.04.2017 новое

СКОРБИМ


Архив новостей 2002-2012
Яндекс цитирования