Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

18.05.2017

Памяти контр-адмирала РИФ А.И. Бестужева-Рюмина

НА СЛУЖБЕ ОТЕЧЕСТВУ

Предлагаем вниманию читателей статью Т.Г. Вангенгейм «Контр-адмирал Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин» (под ред. к.и.н. А.Ю. Емелина), присланную на адрес нашего сайта.
Татьяна Георгиевна Вангенгейм – внучка контр-адмирала А.И. Бестужева-Рюмина; по профессии – синоптик, работала в Арктическом и Антарктическом НИИ (старший научный сотрудник, к.г.н.); занимается изучением истории своей семьи.

ТАТЬЯНА ВАНГЕНГЕЙМ

КОНТР-АДМИРАЛ
АНАТОЛИЙ ИВАНОВИЧ БЕСТУЖЕВ-РЮМИН
К столетию со дня смерти

Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин родился в усадьбе своих предков в селе Рыбинское Максатихинского уезда Тверской губернии 10 декабря 1873 года.
Отец, Иван Алексеевич, долго был холост, женился поздно на Екатерине Андреевне Вымойниной. У них было трое детей, Анатолий был младшим.

А.И. Бестужев-Рюмин

А.И. Бестужев-Рюмин
(на фотографии  – в звании капитана II ранга).

Мальчик в 5 лет остался без отца на попечении матери. Жить было очень трудно. Он был самый любимый, и баловали его больше других. От природы Анатолий был очень общительным и веселым, у него было много талантов: он прекрасно пел и рисовал. В семье сохранилась картина, которую он написал в юности, видимо из окна дома, пейзаж: Молога. Преддверие весны, на реке маленькие островки льдинок, заснеженные берега, березы, вдали лес и удивительное небо легких тонов – такое знакомое и близкое для людей наших широт. Для Бестужевых-Рюминых Молога – начало начал, не только одно из начал великой русской реки Волги, но и начало их родовой ветви Бежецкой пятины от Елизара Ивановича (1627 г.).

А.И. Бестужев-Рюмин. Молога

А.И. Бестужев-Рюмин. «Молога».

Анатолий Иванович с детства мечтал о морской службе и по своему желанию в 1887 году поступил учиться в Морское училище. Подготовил его Арсений Михайлович Данчич, который был преподавателем этого учебного заведения и старинным другом семьи Бестужевых. Каждый год Арсений Михайлович приезжал на дачу к Екатерине Андреевне со своей женой Лидией Робертовной (урожд. Верт) и тремя детьми: Борисом, Марией и Татьяной. Позже Татьяна Арсеньевна стала женой Анатолия Ивановича, и у них в 1910 году родилась дочь Анастасия.  
Окончив Морское училище с отличием, Анатолий Иванович был награжден золотым значком.  
В сентябре 1893 года он был произведен в мичманы, в 1898 году – в лейтенанты. Служил Анатолий Иванович в Ревеле, Гельсингфорсе, Либаве и Кронштадте. Размышляя в эти годы о жизни, он принял решение, что будет жить на жалованье, и юридически оформил крестьянам на свои земли дарственные, которые и вручил им в очередной приезд в Максатиху.   
В 1896 году он в первый раз попал на Дальний Восток, где служил на транспорте «Якут», затем в 1897–1898 годах – на крейсере II ранга «Забияка». В 1900–1901 годах в составе экипажа эскадренного броненосца «Севастополь» совершил плавание из Кронштадта в Порт-Артур, в 1903 году вернулся в Кронштадт.   
К январю 1904 года политическое положение на Дальнем Востоке чрезвычайно осложнилось, и можно было ожидать столкновения между Японией и Россией. Началась русско-японская война. Анатолия Ивановича направили на Дальний Восток и поручили доставить в Порт-Артур железной дорогой штрафную команду матросов и рабочих.  
Мать, Екатерина Андреевна, поехала его провожать. Она вынесла тяжелые впечатления от его подчиненных, так как они были не дисциплинированы, крайне грубы, ей казалось, что сын не доедет до места назначения. Однако в пути Анатолий Иванович завоевал любовь и уважение доверенной ему команды. При расставании один из матросов подарил ему на память небольшой образ Божией Матери с выгравированной на обратной стороне дарственной надписью: «Дорогому Анатолию Ивановичу от Назария».  
По приезде в Порт-Артур он вновь был назначен на броненосец «Севастополь». Командиром этого корабля с 17 апреля 1904 года был капитан I ранга Н.О. фон Эссен. По воспоминаниям современников, Николай Оттович пользовался большой популярностью среди капитанов и команд и подготовил целый ряд боевых командиров, каковыми были Л.Б.Кербер, М.К.Бахирев, барон В.Е.Гревениц, А.И.Бестужев-Рюмин, А.В.Колчак, М.А.Беренс, А.М.Щастный и многие другие. Их подвиги служили славе их учителя. В этот период жизнь Анатолия Ивановича была уже неразрывно связана с «Севастополем» и его замечательным командиром.  
Николай Оттович разделял «...такой простой, всем понятный и пользовавшийся таким широким успехом принцип, провозглашенный Макаровым – “Верю, что каждый приложит все силы к приведению своей части в боевую готовность!” – принцип, дававший такую широкую свободу действий не только командирам и офицерам, но даже и младшим начальникам из нижних чинов, принцип, на первый взгляд выдвигавший личную инициативу...» [4].  
С новыми установками командования «беречь и не рисковать» Н.О. фон Эссен был не согласен. Он считал, что роль порт-артурской эскадры заключается в том, чтобы подготовить всё для облегчения задачи формирующейся на Балтике 2-й эскадре флота Тихого океана. Он полагал, что следовало выйти в бой с неприятелем и нанести ему возможно больший вред, «что лучше погубить флот в бою в море, нежели бесцельно топить его в гавани без вреда для неприятеля…» [6]. Противниками такой стратегии были контр-адмиралы В.К. Витгефт, князь П.П. Ухтомский и другие.  
В конце мая 1904 года, разделяя позицию Н.О. фон Эссена, офицеры его школы для прорыва блокады разработали план экспедиции на транспорте «Ангара», который в значительной степени принадлежал А.В. Колчаку. Пароход был укомплектован офицерами-добровольцами, в числе которых были А.И. Бестужев-Рюмин, П.М. Плен и другие. Экспедиция эта не состоялась, так как в последнюю минуту адмирал Витгефт (командующий флотом после гибели адмирала Макарова) отменил его, испугавшись рискованного предприятия.  
Тяжелым днем для «Севастополя» при выходе на рейд нашей эскадры стало 10 июня. Он попал на мину заграждения, была опасность потопления судна и угроза гибели личного состава. При взрыве мины случился пожар. Некоторые люди отравились ядовитыми газами, получившимися от горения бездымного пороха. В воспоминаниях Н.О. фон Эссен пишет, что вскоре с трудностями справились, особенно отметил старшего офицера капитана II ранга Н.И. Бахметьева, лейтенантов А.И. Бестужева-Рюмина и Н.П.Василисина, которые «распоряжались хладнокровно, работали по локализации течи и своим примером быстро успокоили команду, поставив ее по местам» [6].  
По возвращении в гавань Н.О. фон Эссен принялся за восстановление корабля, переделку кессона. Эту работу он поручил лейтенанту Бестужеву-Рюмину, который «умело и хорошо взялся за дело, так что через две недели кессон уже мог быть подведен под поврежденное место».  
Трагичным был и выход эскадры в море 28 июля. «Севастополь» получил повреждения, 60 человек было ранено, один умер от ран. «Из офицеров довольно сильно ранен осколками лейтенант Бестужев-Рюмин, он командовал батареей и ранен был в то время, когда тушили пожары. Хотя рана его была очень мучительная, но после первой перевязки он снова пошел к своему посту и не переставал принимать деятельное участие во всех работах до тех пор, пока корабль не был в гавани» – писал фон Эссен [6].  
13 ноября был убит старший офицер «Севастополя» капитан II ранга Бахметьев. Вместо Бахметьева старшим офицером по просьбе фон Эссена был назначен лейтенант Бестужев-Рюмин.  
Положение нашей эскадры в гавани ухудшалось, она подвергалась систематическому обстрелу. Командир «Севастополя» по-прежнему считал, что лучше кораблю погибнуть с пользой на море, уничтожив, может быть, несколько неприятельских миноносцев, чем тонуть без пользы в гавани, и напомнил адмиралу, что его корабль в настоящее время исправен и может выйти на рейд.  
Получив разрешение, Эссен отдал приказания старшему офицеру Бестужеву-Рюмину разводить пары и готовиться к выходу.  
Вскоре корабль вместе с канонерской лодкой «Отважный» и несколькими миноносцами занял позицию в бухте Белый Волк. 26 ноября японцы, не заметив отсутствия «Севастополя», изгвоздили снарядами то место, где он стоял. Но скоро обнаружили его отсутствие. Aдмирал Того с несколькими броненосцами и крейсерами занял позицию мористее, не давая уйти в море, одновременно организовав целую серию ночных торпедных атак. В ночь на 2 декабря японцы повели на «Севастополь» бешеную атаку, в которой участвовало не менее 20 миноносцев. Они встречались с убийственным огнем с судов и береговых батарей. Снаряды «Севастополя» попадали очень метко, редкий миноносец уходил без повреждений: попадания были видны совершенно ясно, на миноносцах были видны столбы дыма, один из них (№ 42) затонул. В этом бою броненосец тоже пострадал. Одна мина повредила наружную обшивку тарана, и все таранное отделение заполнялось водой. В следующую ночь, во время очередной атаки, «Севастополь» от двух близких взрывов торпед в заградительных сетях и одного попадания получил серьезные повреждения кормовой части и сел кормой на грунт. Через несколько дней усиленной работы по восстановлению, броненосец открыл перекидной огонь по занятой японцами горе Высокой, чем вызвал на себя ответный. 

«ПРИКАЗ
по войскам Квантунского укрепленного района
5 декабря 1904 года. Крепость Порт-Артур
№ 931
Гордитесь, славные войны, подвигом броненосца «Севастополь», подвигом героя командира капитана 1-го ранга Эссен, гг. офицеров и команды; пусть в сердцах ваших этот славный подвиг займет место, и пусть каждый из вас с гордостью будет передавать родине и потомству, как броненосец «Севастополь», оставшись целым и один, отважился выйти на рейд в ночь на 26 ноября и, будучи атакованным подряд 5 ночей, со славой геройской отбивал атаки 20 неприятельских миноносцев. Подвиг этот не должен никогда изгладиться из памяти вашей.
Вы боевые войны и, разумеется, уже научились ценить доблести ваших соратников-моряков. Ура героям броненосца «Севастополь».
Начальник Квантунского укрепленного района генерал-адъютант Стессель» [2].
19 декабря Н.О. фон Эссен получил приказ от контр-адмирала Р.Н. Вирена, на основании которого корабли во избежание плена должны быть взорваны. Командир «Севастополя» решил, что если уж губить корабль, то так, чтобы, утопив его на большой глубине, не дать возможности неприятелю воспользоваться с него ни одним гвоздем.
Трагические обстоятельства и в последней операции преследовали «Севастополь». Корабль вышел из бухты Белый Волк и, придя на глубину 25 саженей, Н.О. фон Эссен остановил машину, ссадил всю оставшуюся команду на паровые катера, а трюмного механика послал открыть с правой стороны все кингстоны и отдраить все двери и горловины.
Старший офицер Бестужев-Рюмин обошел корабль, чтобы убедиться, что никого из людей не осталось внизу. Затем он, трюмный механик и трюмные сели на паровой катер, и он отвалил. Флаг и вымпел были спущены. Корабль быстро погружался. «Силач» снял командира Н.О. фон Эссена с тонущего судна. Грустная и тяжелая картина, нелегко ее было перенести после всех испытаний на «Севастополе». 
«За отличие в боях с японцами и труды при обороне Порт-Артура Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин был досрочно произведен в капитаны II ранга (07.08.1906) и награжден золотой саблей с надписью «За храбрость» (12.12.1905), орденами: Св. Владимира 4-ой ст. с мечами и бантом (12.12.1905), Св. Станислава 2-ой ст. с мечами (02.04.1907), серебряной медалью по поводу русско-японской войны 1904–1905 годов (1906).
Вскоре после окончания русско-японской войны он был командирован в Англию для наблюдения за строительством нового крейсера «Рюрик», которым некоторое время командовал Николай Оттович фон Эссен. В декабре 1908 года Бестужев-Рюмин вступил в командование своим первым кораблем – эскадренным миноносцем «Москвитянин», входившим в состав Дивизии эскадренных миноносцев Балтийского моря, подчинявшейся начальнику Соединенных отрядов Балтийского моря Свиты контр-адмиралу Н.О. фон Эссену. 6 декабря 1910 года плечи офицера украсили погоны капитана I ранга.
Между тем подготовка к европейской войне шла полным ходом. Все морские державы усиленными темпами строили корабли нового типа – дредноуты. В России первые четыре таких корабля были заложены в 1909 году. 4 июня 1911 года, за 12 дней до спуска на воду головного «Севастополя», его командиром был назначен Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин. Корабль был назван в честь погибшего в русско-японскую войну броненосца, знамя которого хранилось в раме под стеклом на новом дредноуте. Так судьба связала офицера с двумя «Севастополями».
Офицер Николай Арцеулов, друг Анатолия Ивановича, нарисовал эти два корабля ему в подарок, на память.

Н. Арцеулов.  ЭБ  Севастополь

Николай Арцеулов. «Эскадренный броненосец “Севастополь”, участник русско-японской
 войны в Порт-Артуре». 1915 год.

Н. Арцеулов. Дредноут Севастополь

Николай Арцеулов. «Дредноут “Севастополь”». 1915 год.

А. И. Бестужев-Рюмин на Севастополе. 1915 год.jpg 

Капитан II ранга А.И. Бестужев-Рюмин на линейном корабле «Севастополь». 1915 год.

После смерти адмирала фон Эссена, во время Первой мировой войны при командовании Канина, были проведены маневры восточнее Ревеля, которые представляли собой возможные комбинации боя позади центрального минного заграждения, в случае прорыва германского флота в Финский залив. Офицеры вспоминали, что маневры нельзя было назвать удачными и на фоне полного отсутствия практики в совместных эволюциях всего флота «лучше всех маневрировали дредноуты, и это следовало приписать прекрасным качествам командиров (Пилкина, барона Гревеница, Бестужева-Рюмина и Кедрова)» [5]. 
Начало 1916 года было тем периодом европейской войны, когда фронты протянулись от Балтийского до Черного моря. Этот грандиозный фронт на своем правом фланге имел морской театр – Балтийское море. 
Летом 1915 года оказалось, что Россия будет иметь еще новый фронт – Белое море и Ледовитый океан в районе мурманского побережья, которые были жизненно важны для доставки военных грузов из стран Антанты. Многочисленные транспортные суда нуждались в защите – от кайзеровских подводных лодок и мин. Для парирования этого удара Морской Генеральный штаб решил сформировать Флотилию Северного Ледовитого океана. 
Морской министр генерал-адъютант адмирал И.К. Григорович решил принять предложение Японии купить у нее наши бывшие корабли, затопленные в Порт-Артуре и Чемульпо, поднятые японцами. 
Из телеграммы в деле об организации флотилии и приобретении в Японии судов для охраны Кольского залива (копия письма помощника Морского министра, начальника МГШ от 29 января 1916 года Его сиятельству графу А.Ф. Гейдену): 
«Милостивый государь, Александр Федорович… сообщаю, что со своей стороны считаю подходящим кандидатом для назначения Командующим отрядом судов, покупаемых в Японии и в дальнейшем командующим Флотилией Северного Ледовитого Океана капитана 1-ого ранга Бестужева-Рюмина. Вице-адмирал Русин» [3]. 
20 февраля 1916 года Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин был за отличие произведен в контр-адмиралы и назначен начальником Отдельного отряда судов особого назначения. 
Купленные суда пришли из Японии во Владивосток и были переданы экипажам. Вместо японских названий им были даны русские, и над экипажами торжественно подняли Андреевские флаги. Отдельный Отряд особого назначения составили корабли «Варяг», «Пересвет», «Чесма». Они в начале 1916 года должны были выйти из Владивостока в Средиземное море, где в Тулоне к ним для дальнейшего похода в Мурман должен был присоединиться «Аскольд». 
Адмирал Бестужев-Рюмин предполагал сделать переход в Мурман возможно скорее и на походе разрабатывать детальнейшим образом все оперативные, строевые и технические инструкции для Флотилии Северного Ледовитого океана. Шесть миноносцев уже вышли из Владивостока в Мурман. Однако состояние, в котором японцы сдали нам корабли, оказалось столь запущенным, что о немедленном выходе в дальнее плавание нечего было и думать. Детальный осмотр судов показал, что многие приборы и вспомогательные механизмы испорчены и проржавели, и только снаружи свеже закрашены японцами. Необходимо было заменить и электрическую проводку. 
В первую очередь адмирал решил привести корабли в порядок средствами Владивостокского порта, а за это время выписать из Петербурга полный комплект боевых припасов и ныряющих снарядов. Но ни командующий Сибирской флотилии, ни начальник Владивостокского порта помощи не оказали. 
Все же совместными усилиями офицеров и команд удалось приготовить к дальнему походу машины и котлы, произвести нужные переделки по части артиллерии. Большим ударом был выход из строя «Пересвета», который в густом тумане выскочил на камни. Обследование условий этой аварии показало, что фактически никто не был виновен в ней. 
Адмирал решил, что пойдет с «Чесмой» и «Варягом», а лишних чинов штаба отправил железной дорогой на Мурман для производства там всех нужных работ. Свой флаг он поднял на «Чесме». «Пересвет» должен был последовать за Отрядом позже, после окончательного восстановления.
Корабли Отряда должны были составить ядро Флотилии Северного Ледовитого океана. Для этой цели Анатолий Иванович вместе со штабом разрабатывали оперативные строевые и технические инструкции.
В состав Флотилии по приходе в Мурман по его расчетам должны были войти:
1. Дивизия траления Белого моря из 48 тральщиков
2. Отряд противолодочных посыльных судов
3. Дивизион эскадренных миноносцев
4. Отряд ледоколов
5. Полудивизион подводных лодок
6. Служба связи
7. Береговая оборона оперативной базы Иокоганского рейда Кольского залива и устья реки Северной Двины
8. Авиация
9. Отдельный британский отряд английского контр-адмирала Кэмпа, в составе линейного корабля «Альбемарль», крейсера «Инфиджинайя», отделения тральщиков и нескольких противолодочных судов.
18 июня (с. с.) 1916 года весь город собрался, чтобы проводить «Варяг» и «Чесму», пожелать морякам успешного плавания и боевого счастья. В два часа дня крейсеры снялись с якорей и под протяжные гудки всех кораблей, стоявших в порту, вышли из Владивостока. По воспоминаниям офицера, участника похода: «С “Чесмы” были слышны звуки марша, который играл духовой оркестр, команда на палубе молча без приказаний обнажила головы, люди крестились, смотря на виднеющиеся в городе купола церквей и на горящие на них золоченые кресты».
На «Чесме» взвился сигнал: «Адмирал показывает курс». На пути – Корейский пролив. Здесь 14 мая 1905 года произошел Цусимский бой, и геройски погибли «Князь Суворов», «Ослябя», «Император Александр III», «Бородино», «Наварин» и другие суда 2-ой Тихоокеанской эскадры. Сколько друзей и родных погребено в этих водах! Здесь погиб и старший брат жены Анатолия Ивановича Татьяны Арсеньевны Борис Арсеньевич Данчич. Его трагическая гибель на эскадренном броненосце «Князь Суворов» описана Владимиром Семеновым в книге «Расплата».
Подходя к месту боя, «Варяг» и «Чесма» подняли молитвенные флаги. Началась панихида. «Сотни людей осеняют себя крестным знамением и скорбно звучало над кораблями – Господи, помилуй!» – вспоминал участник похода Б.П. Апрелев [1]. 

А.И. Бестужев-Рюмин на Варяге. 1916 год

Контр-адмирал А.И. Бестужев-Рюмин на «Варяге». 1916 год.
  
Сами корабли «Чесма» и «Варяг» тоже пережили гибель, но теперь воскресли к новым подвигам. 
Отряд продолжил путь. Впереди Гонконг, Сингапур, Коломбо, порт Виктория (Сейшельские острова), Аден, Суэц… По пути, в портах для загрузки угля на корабли при страшной жаре и высокой влажности, адмирал нанимал туземцев, чтобы уберечь здоровье и силы своих команд. 
Суэцкий канал считался международным, и в его районе не должно было быть военных действий, однако в войну 1914–1918 гг. турки три раза пытались напасть на этот канал. Когда «Чесма» и «Варяг» проходили канал, он усиленно охранялся по морским берегам. 
Проходя к Суэцу, на правом берегу синеватой шапкой виднелась из-за горизонта гора Синай. И кто не приклонит «колени сердца» перед святыней, откуда были даны человечеству Заповеди Ветхого Завета! Нигде, как в море, человек не ощущает Отца Небесного. Вот почему так верна русская народная пословица: «Кто в море не бывал, тот Богу не маливался». 
Хочется привести размышления офицера Б.П. Апрелева, прошедшего до Тулона весь путь с Отрядом: «На каждом шагу перед нами или чудо или тайна. На каждом шагу Господь Бог дает нам возможность пытливо искать и исследовать, и в этом искании дает нам признаки нашего подобия с Творцом. Ибо смыслом жизни человеческой является творчество во всех областях ему доступных, а целью постоянное и неизбежное искание своего Творца» [1]. 
Впереди перед Отрядом Средиземное море – театр военных действий. Корабли шли в Порт-Саид. Здесь ожидала трагическая судьба догоняющего Отряд «Пересвета», корабль 4 января 1917 года взорвался на минной банке, поставленной германской подводной лодкой. 
В Порт-Саиде получили телеграмму от командования, что «Чесма» оставляется в Средиземном море и должна идти в Александрию, а оттуда к союзному флоту в Пирей. 
7 сентября адмирал А.И. Бестужев-Рюмин перешел со штабом на «Варяг», поднял свой флаг, снялся с якоря и вышел в Средиземное море. Здесь уже в любой момент корабль мог быть атакован подводными лодками. 
Следующий пункт Мальта, Ла-Валетта. А 22 сентября 1916 года «Варяг» вошел в Тулон, где ожидал его пятитрубный «Аскольд». 
В Атлантическом океане «Варяг» и «Аскольд» встретили жестокий шторм. Он захватил их у мыса Финистерре, который находится на северо-западной оконечности Пиренейского полуострова и не оставлял до самого пролива Святого Георгия, отделяющего Англию от Ирландии. На походе у «Варяга» стронулись фундаменты части котлов, были разбиты шлюпки и продавлен наружный борт. Очевидцы вспоминали, когда «Варяг» и «Аскольд» вышли на рейд Ливерпуля, они имели вид кораблей, только что испытавших бой. Так и поняли англичане. Они считали, что крейсеры провели бой с германскими корсарами, и поэтому восторженно приветствовали героев. 
Исправив свои повреждения, наши крейсеры вышли из Ливерпуля, благополучно пересекли Северное море, обогнули Норд-Кап на северной оконечности Норвегии, прошли мимо Варангер Фиорда, который по-русски назывался Варяжский залив, и вошли в Кольский залив на Мурманском берегу.

Схема перехода 

Схема перехода отдельного Отряда от Владивостока в Мурман.

От Владивостока до порта Романов в Кольском заливе путь составил 15, 864 морских мили.
По прибытии в Мурман крейсеры Отряда были причислены во Флотилию Северного Ледовитого Океана (06.01.17 г.).
2 марта государь отрекся от престола. Дальнейшие события развернулись в трех главных пунктах: в Кронштадте, Гельсингфорсе и Ревеле и повлекли за собой немало кровавых жертв.
Гельсингфорс был центром германского шпионажа и разрушительной революционной работы, имевшей целью ослабить наш флот. 
В Мурмане, возможно случайно, в какой-то момент сорвался корабельный трап, и Анатолий Иванович с огромной высоты упал в ледяную воду. Видимых последствий не было, командир продолжал исполнять свои обязанности, и 18 марта 1917 года им было направлено телеграфное донесение о том, что «немецкие подводные лодки количеством до семи появились у входа в Кольский залив, атаковали наши дозоры. Все что можно выслать защиту подходов. Особенно настаиваю на присылке миноносцев» [3].
А через пять дней была отправлена уже телеграмма о том, что «в полночь на 23 марта скоропостижно скончался контр-адмирал Анатолий Иванович Бестужев-Рюмин, тело адмирала было отправлено в пятницу на Петроград пассажирским поездом № 97 в сопровождении боцмана Севастьянова…» [3]. Смерть застала его на боевом посту.
В Петрограде были отданы соответствующие почести Анатолию Ивановичу, состоялось прощание с ним его родных, близких, друзей и сослуживцев.
Далее гроб с телом адмирала последовал в родную усадьбу, в Максатиху, где ждала любимого сына безутешная мать. Екатерина Андреевна уже получила от офицеров и команды полное любви к своему скончавшемуся адмиралу письмо-телеграмму, которое начиналось словами: «Плачем вместе с тобой…».
Похоронили Анатолия Ивановича в месте, где покоились все его предки Бестужевы-Рюмины. От имени офицеров и команды был возложен серебряный венок. На похоронах провожающие его матросы поднимали и опускали Андреевский флаг. Они обменивались добрыми воспоминаниями о любимом адмирале, который заслужил всеобщее уважение и любовь, с жителями этих мест… Восстановление памятника адмиралу на его родине в 2010 году  – свидетельство светлой памяти о нем его современников, переданное следующим поколениям. В настоящее время чтут память Анатолия Ивановича его прямые потомки и поминают «...приснопамятных рабех Божиих, вождях и воинах во брани за Веру, Царя и Отечество живот свой положивших и в море погибших…». 

2017 год
БИБЛИОГРАФИЯ:

[1]    Апрелев Б.П. На «Варяге». Жизнь после подвига / Борис Апрелев. – Москва : «Вече», 2013. – С. 320.
[2]   Лилье М.И. Дневник осады Порт-Артура / М.И. Лилье. – Москва : «Центрполиграф», 2002. – С. 366.
[3]    Материалы РГА ВМФ (к.-адм. А.И. Бестужев-Рюмин):
Ф. 319, о. 1, д. 5, 8;
Ф. 378, о. 1, д. 12, 20;
Ф. 418, о. 1, д. 5151, 5313.
[4]    Семёнов В.И. Расплата : в 2 тт. / Владимир Семёнов. – Санкт-Петербург : «Гангут», 2008. – Т. 1. – С. 435.
[5]  Тимирёв С.Н. Воспоминания морского офицера / С.Н. Тимирёв. – Санкт-Петербург : «Цитадель», 1998. – С. 190.
[6]  Эссен ф. Н.О. Воспоминания об осаде Порт-Артура 1904 г. Порт-Артур / Н.О. фон Эссен. – Москва : «Древлехранилище», 2008. – Т. 2. – С. 551–619.
В статье использованы материалы из семейного архива, воспоминания дочери контр-адмирала А.И. Бестужева-Рюмина Анастасии Анатольевны и племянницы Ольги Алексеевны. 




Новости

Все новости

07.08.2017 новое

ВСПОМИНАЯ ЮРИЯ КАЗАКОВА

28.07.2017 новое

С Днём Военно-Морского Флота!

18.07.2017

«САМОЛЁТЫ ИЗ ШАРАШКИ»


Архив новостей 2002-2012
Яндекс цитирования