Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

25.11.2018

«ПО ПУТИ “ФРАМА”»

  «Фрам! – командую я “Невелю”. Мне нравится звучание этого норвежского слова. Так Нансен назвал своё судно: “Вперёд!”…»
Виктор Конецкий. «Морские сны»

В 2018 году исполняется 125 лет с начала знаменитого дрейфа судна «Фрам» Нансена и 100 лет со дня начала дрейфа судна «Мод» Амундсена. В Российском государственном музее Арктики и Антарктики открылась выставка «ПО ПУТИ “ФРАМА”», которая рассказывает о выдающихся дрейфах судов в центральной Арктике.
Выставка рассказывает обо всех знаменитых дрейфах, начиная со шхуны «Жанетта» и её гибели (1879–1881), с чего и началось исследование центральной Арктики с помощью дрейфующих судов. Нансен, узнав о находке на берегу Гренландии останков «Жанетты», придумал способ морозить судно в лёд в восточном районе Арктики и вместе с судном дрейфовать через центр Арктики близ Северного полюса, проводя при этом исследования в этой совершенно неизведанной тогда области Земного шара («Фрам»,1893–1896).
Вслед за Нансеном по этому пути отправился Амундсен на шхуне «Мод» (1918–1925), но ему не удалось повторить дрейф «Фрама». Тем ни менее, его экспедиция, продолжавшаяся в течение семи лет, внесла огромный вклад в исследование восточной части Арктики.
Ещё один великий дрейф, о котором рассказывает выставка в РГМАА, это дрейф ледокольного парохода «Седов» (1937–1940). В Музее сохранилось много вещей с ЛК «Седов» и часть их представлена на выставке.
И ещё один дрейф, который можно назвать великим: это дрейф шхуны «Тара» (2006–2008). «Тара» с коллективом полярных исследователей из двенадцати стран, в т. ч. России, прошла по пути «Фрама» (чуть севернее) – быстрее судна Нансена почти в два раза. В экспозиции представлены редкие фотографии и этого дрейфа.
На выставке показано и будущее Арктики: в этом году началось проектирование и строительство ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс» (по сути – судно), которая будет дрейфовать через северную Арктику. При этом на платформе будет находиться экспедиция, она будет исследовать центр Арктики.
Выставку представила директор РГМАА Мария Васильевна Дукальская, выступили гости – представители Генерального консульства Королевства Норвегии и Комитета Санкт-Петербурга по делам Арктики, директор Арктического и Антарктического НИИ д.г.н., геоморфолог Александр Сергеевич Макаров.

В.И. Стругацкий, М.В. Дукальская, В.Ф.Карасёв

На открытии выставки «По пути “Фрама”».
Писатель-полярник В.И. Стругацкий, директор РГМАА
М.В. Дукальская и участник экспедиции на «Таре» В.Ф. Карасёв.
2 ноября 2018 года.

Макет Фрама. Изготовлен в 2016 году А.Г. Савкиным

Макет судна «Фрам» на выставке.
Изготовлен в 2016 году А.Г. Савкиным.

На выставке

Юбилейный набор к 100-летию норвежской полярной экспедиции
Ф. Нансена на судне «Фрам» (монеты и конверт с маркой). 1996 год.
Книга Ф. Нансена «В стране льда и ночи» (1897–1898 гг.).

Макет ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс»

Макет ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс». 
АО «Адмиралтейские верфи».

Предлагаем вниманию читателей заметку Виктора Фёдоровича Карасёва, участника экспедиции на шхуне «Тара», посвящённую памяти писателя-моряка Виктора Конецкого.

ВИКТОР КАРАСЁВ
ВИК-ВИК ВСЕГДА РЯДОМ

Как важен в жизни любого человек «Господин Случай». Это общеизвестно. Если бы я не встретил в один из дней Татьяну Валентиновну Конецкую при посещении могилы Виктора Викторовича на Смоленском кладбище, всё, что думаю об этом замечательном моряке, полярнике, писателе, осталось бы только внутри меня. А то, что внутри меня, я очень сильно ощущаю. Мне жаль, что не удалось увидеться и поговорить с человеком, который мне очень близок по жизни. Виктор Конецкий немного старше меня. Когда я стал больше читать о его жизни, то удивился во многом схожести наших судеб. Я как бы шел по его следам, как младший брат, запоздавший с рождением.
Что же общего удалось увидеть? Это море, это Арктика, это Антарктика. Это блокада и голод военных лет в Ленинграде, очень нелегкая детская жизнь уже в голодные 1946–1947 годы в Прибалтике, да и в других местах нашей тогда страны СССР.
Мы стараемся по возможности почаще навещать могилу на Смоленском, чтобы там сказать: «Никто пути пройденного у нас не отберет». Эта такая же мудрая фраза, как и сам легендарный Виктор Конецкий.

Виктор Фёдорович Карасёв

Полярник, сотрудник ААНИИ В.Ф. Карасёв: «Книги Виктора Конецкого помогают мне жить. И сегодня зачитываюсь ими, не могу оторваться от них. У Виктора Викторовича был божий дар. Он необыкновенный философ, а по жизни был очень волевой, цельный и мужественный человек. Наш человек».

В жизни почти каждого человека порой происходят неожиданные события, а может правильнее сказать в моем случае – это вовсе не предсказуемые события. Об одном из таких событий попытаюсь рассказать.
В конце августа 2006 года, когда я преспокойно проводил свой отпуск в дачном посёлке Белоостров, и конкретно валялся на раскладушке под солнышком, затрещал мой мобильник. Уже заранее недовольный разрушением моего блаженного состояния, поднял трубку. Слышу примерно следующее: «Виктор, привет. Это Чилингаров. Собирайся в экспедицию в Арктику».
Разомлевший от солнца я просто ошалело спросил: «В какую такую экспедицию? И вообще я греюсь на солнышке, пардон, в трусах и никак не готов». Ответ меня обескуражил. Артур Николаевич, уже чуток сердясь, продолжал: «Если тебя ничего кроме трусов там не удерживает, как можно быстрей собирайся, через неделю вылетать в Тикси». На мой вопрос: «Зачем?», последовал ответ: «Ты будешь участником экспедиции на французской парусной шхуне “Тара”. Будете дрейфовать во льдах, пытаясь повторить знаменитый дрейф “Фрама” Фритьофа Нансена. Возвращайся в город и срочно иди в институт (ААНИИ. – В. К.), бегом к директору, узнаешь детали экспедиции».
Откровенно говоря, такой штурм невероятных новостей завертел в моей голове хаос вопросов. Но волнение внутри распирало от вдруг пришедшего пока непонятного и страшно притягивающего приключения. До этого момента мне уже удалось испытать и радость, и счастье, и тяжелые лишения на советских и российских дрейфующих станциях. Их было шесть. Но сейчас было что-то, о чем я знал только по книгам Нансена и Седова. Это было даже круче, чем предыдущая зимовка на дрейфующей станции «СП-32», о которой остались самые наилучшие впечатления.
Предупредив семью, что впереди уже совсем другие «горизонты», рванул в город. Нужно было сосредоточиться и начинать собирать необходимые вещи.
К счастью, после предыдущей экспедиции остался кожаный лётный костюм и комбез, теплые экспедиционные рукавицы и т. д. Была уверенность, что французы тоже подготовились как надо.
Вечером зазвонил городской телефон. Звонил из Парижа Бернар, с которым я раньше был знаком, встречаясь несколько раз в Арктике. Бернар объяснил детально, что нам предстоит в экспедиции, мои обязанности и т. п.
Самое важное было то, что мне необходимо быть в Тикси не позднее 5–6 сентября. Итого на сборы оставалось чуть больше недели. Оттого и моё волнение.
На следующее утро я отправился в Институт, чтобы оформиться каким-то образом в эту экспедицию. Короче говоря, директор Института при мне выяснял с Москвой – что и как. В результате предложили взять отпуск за свой счет на время дрейфа. Так было наспех по-быстрому всё решено.
Купив сувениры своим будущим товарищам по дрейфу, и собрав две тяжеленных дорожных сумки, попрощавшись с семьей, 3-го сентября на поезде отправился в Москву, где в аэропорту встретился с группой строителей, также вылетающих в Тикси. Благополучно приземлившись для дозаправки в поселке Хатанга, подсадив на борт еще одного моего будущего товарища по дрейфу Гамета Агамирзаева, мы добрались в Тикси. Там мы пробыли два дня.
Пока устраивались в местной гостинице «Моряк», пока то да сё, стемнело. Но мне очень хотелось побродить по поселку. Ностальгия – удивительное чувство. Столько раз мне приходилось здесь бывать прежде, когда готовили груз, продукты, горючее на дрейфующие станции «Северный полюс» и улетали отсюда через остров Жохова. На улицах было пустынно, но все-таки сердце порадовалось, когда вдруг увидел выбегающую из местного клуба стайку щебечущей молодежи школьного возраста. Их смех здорово улучшил настроение. Мы поздоровались, они помчались дальше, а я еще решил побродить. Несмотря на запустение, поселок был всё еще жив и для меня интересен. Пытался припомнить, что было здесь раньше, в советские времена, и что изменилось.
Почти все осталось по-прежнему, только многие дома стали ветхими, но это и не удивительно. Удивительно и приятно, что жизнь жива, что молодежь смеется, а ведь полярные поселки переживали очень-очень грустные времена, как и все страна. Все знают, что такое 1990-е годы. И Арктика знает, ещё как знает! Но выжили, вот ведь так! И то, что мы слышим смех и улыбки наших юных северян говорят мне, всем взрослым: «Мы здесь были и будем. Это земля наша, мы её любим и останемся на ней».

Тара во льдах

«Тара» во льдах. Архив В.Ф. Карасёва.

В. Карасёв у флага экспедиции

В.Ф. Карасёв у флага экспедиции. Из личного архива автора.

Расставшись с ребятами, увидел свет в окнах небольшого здания. Подошел поближе и увидел табличку «Библиотека Тикси Якутская АССР». Двери были не заперты, зашел, поздоровался и спросил разрешения посмотреть газеты и литературу. Просто вспомнил, что кроме Джека Лондона, книги которого люблю еще со школьных лет, ничего больше с собой не взял. Копаться в библиотечной литературе я очень люблю. Стал просматривать небольшие по формату книжки. Попалась на глаза книга Виктора Конецкого. Конечно, мне было известно это имя.
Вик-Вик, так его любили и любят называть, был уже давно легендарной личностью. Одним словом, мне повезло здесь, в Тикси.
Не изменяя своей старой проверенной привычке открывать сначала первые страницы книги, а потом где-то еще любую наугад, сразу понимаю – эта книга будет прочитана мною, как говорится, запоем. До сего времени никогда не разочаровывался в этом способе чтения. Может быть, это и не правильно, но я делаю всегда именно так.
Читаю «Как я первый раз командовал кораблем»:
«Секретно. Командиру “СС-4138”
лейтенанту Конецкому В.В.
Капитан-лейтенанта
Дударкина-Крылова Н.Д.»…
…А потом «Рапорт об обследовании пожарной лопаты № 5» вконец доконал меня, я не смог сдержаться от хохота, чем удивил женщину-библиотекаря. Но не пришлось долго убеждать её выдать мне эту книгу в экспедицию, о которой в поселке все уже были наслышаны. Дать гарантий, что верну книгу через год, я не мог. Жаль, что не помню, как звали эту благородную женщину, но признателен ей бесконечно до сих пор. Убедился еще раз, что северный народ, полярники очень солидарны, чувствительны друг к другу. 

.Книга В. Конецкого. 1989 год

Ещё я успел зайти в местное почтовое отделение, чтобы выполнить просьбу московских коллекционеров отправить письма, проштампованные спецгашением нашей экспедиции.
День закончился удачно и вечером, в гостинице мы с моим товарищем опробовали бутылочку водки под чудесным названием «Золото Якутии». Напиток был чистым, как слеза, и мы не пожалели, что закупили в местном магазине «Якутсельпо» парочку коробок для нашей экспедиции. В последствие это оказалось мудрым поступком (любимый напиток экипажа, невзирая на вероисповедания и зароки). А кто бы сомневался.
Где-то после полуночи по местному улеглись спать, намечался ранний подъем и вылет.
6-го сентября на двух вертолетах МИ-8 перелетели для дозаправки горючим на остров Котельный (Новосибирские о-ва), на полярную станцию высадили нового начальника и еще двух сотрудников станции. Через час взлетели курсом к стоящей во льдах яхте «Тара». О ней я прежде слышал совсем немного. Уже во время продолжительного дрейфа узнал удивительную непростую судьбу это яхты.
Её название переводится как «Небесный путь». Может быть, такое название шхуны и предопределило счастливое Предначертание нашей экспедиции, её удачный исход. И всё-таки, профессия радиста, которую я выбрал для себя еще в школьные годы, одна из самых важных и привлекательных для любой экспедиции.
Книга Виктора Конецкого, которая попала со мной на борт шхуны, и радиосвязь со всем миром на протяжении всего дрейфа здорово поддерживали меня. Было очень нелегко физически в первые дни и недели дрейфа. Иногда, в ночные вахты, открывал книгу, читал первые строчки: «Секретно. Командиру “СС-4138”», и меня разбирал смех. Этот смех звучал внутри меня.
Юмор Вик-Вика просто магически влиял на мое настроение. Иногда вечером, в кают-компании шхуны капитан Грант, доктор, еще кто-нибудь сидели и читали. На шхуне была небольшая библиотека на английском и французском языках. Иногда они видели, что я с трудом сдерживаю смех, когда читаю. Спрашивали, что так может веселить такого серьезного пожилого человека, как я. Своими словами пытался на английском передать им юмор Конецкого. Смысл сказанного они понимали, но юмор передать не возможно. Сам сдерживаться не мог, а им со мной вместе смеяться глупо, не понимают фишки. Вот так, Вик-Вик, я посадил их в лужу.
Наша экспедиция по следам «Фрама» успешно закончилась и ледовая яхта по имени «Небесный путь» благополучно вернулся во Францию в 2008 году.
25 ноября 2018 года

Фото с открытия выставки «По пути “Фрама”»

Морской фонд имени Виктора Конецкого. 
2 ноября 2018 года. 




Новости

Все новости

12.12.2018 новое

ПОЛЯРНИК ВЛАДИМИР САНИН

08.12.2018 новое

ВИКТОР КОНЕЦКИЙ В МУРМАНСКЕ

29.11.2018 новое

МОРЯК И ХУДОЖНИК АЛЕКСАНДР НИКУЛИН


Архив новостей 2002-2012
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru