Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

30.05.2022

130 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ К.Г. ПАУСТОВСКОГО

     «Я жил, работал, любил, страдал, надеялся, мечтал, зная только одно, – что рано или поздно, в зрелом возрасте или, может быть, даже в старости, но я начну писать, вовсе не оттого, что я поставил себе такую задачу, а потому, что этого требовало моё существо. И потому, что литература была для меня самым великолепным явлением в мире».
Константин Паустовский. «Золотая роза»

    «В те уже далекие послевоенные времена казалось, что конец войны сразу должен означать начало чего-то прекрасного, лёгкого, свежего. Но началась “холодная война”, воздух общественной жизни тяжелел. И мы в своих казармах половину времени думали о шпионах. Единственной отдушиной были книги Паустовского, его настроенческая проза, проникнутая грустной мечтой о красоте».
Виктор Конецкий. «Солёный лёд»

К.Г. Паустовский

КОНСТАНТИН ГЕОРГИЕВИЧ ПАУСТОВСКИЙ
31 (19) мая 1892 – 14 июля 1968

31 мая 2022 года исполняется 130 лет со дня рождения писателя 
Константина Георгиевича Паустовского.
В.Б. Шкловский называл его «Адмиралом и лоцманом Советской литературы» (1962 г.), тем самым подчёркивая место Паустовского в «иерархии» советских писателей. Учениками К.Г. Паустовского были три Юрия – Бондарев, Трифонов, Казаков, достойные продолжатели художественных традиций русских классиков и самого Паустовского. Справедлива и мысль Владимира Тендрякова: «Константин Георгиевич Паустовский не знает и не может знать всех своих учеников, их по стране не тысячи – миллионы. В любом городе, в любой деревне от Колхиды до Белого моря, от берегов Балтики до Тихого океана – всюду можно встретить горячих поклонников Паустовского. А уж если уважаешь писателя, то, значит, чему-то учишься у него неизбежно».
Константин Георгиевич считал, что «самая плодотворная форма общественной деятельности писателя – это его творческая работа». Его и гражданские поступки отмечены подлинностью: в 1966 году он подписал письмо деятелей науки и культуры против реабилитации Сталина (он ни слова не написал о нём, и членом партии никогда не был) и открыто поддержал Синявского и Даниэля во время судебного процесса над ними, поддерживал гонимого А.И. Солженицына, в 1968 году незадолго до смерти направил письмо в ЦК КПСС А.Н. Косыгину с просьбой не увольнять главного режиссёра Театра на Таганке Ю.П. Любимова, заступился за его театр и в личном телефонном разговоре с Косыгиным. Он поддерживал Бориса Пастернака во время гонений после вручения ему Нобелевской премии. Во многом именно благодаря Паустовскому возвращено советскому читателю наследие Ивана Бунина.
«Верность себе и дерзость» Константин Паустовский ценил в людях прежде всего, ненавидел «подлость и торговлю своим талантом», а молодым писателям оставил напутствие: «Останься прост, беседуя с царями. Останься честен, говоря с толпой» (из воспоминаний Александра Бека «Доктор Пауст»).
К.Г. Паустовский оставил большое литературное наследие: романы, повести, рассказы, эссе и очерки, путевые заметки. «Повесть о жизни», «Золотая роза», роман «Блистающие облака» – эти и другие произведения Мастера как никогда своевременно возвращают нас сегодня в мир добра и света, в пространство нормальной человеческой жизни, природы, великого русского языка и мудрой мысли.
Татьяна Акулова-Конецкая

ПИСАТЕЛИ О ПИСАТЕЛЕ

«Почему так любят Паустовского? Почему его книги неизменно вызывают чувство нежности, глубокой симпатии? Почему радостное волнение вспыхивает в любой аудитории, едва упоминается это имя? Можно по-разному ответить на этот вопрос: его любят потому, что его произведения выразительны, полны чистоты. Его любят потому, что он – художник с головы до ног, он артистичен, изящен. Его любят потому, что его книги интересуют всех, потому, что по каждой строке, по каждой странице видно, что ему самому необычайно интересно писать – и это мгновенно передается читателю.
Но дело не только в этом. Мало быть художником, мало умения выразительно, оригинально писать. Чтобы пробудить такую любовь, надо находить в человеческом сердце то самое светлое, что, может быть, давно забыто или потеряно в шуме времени, в сутолоке ежедневных забот.
Паустовский заставляет людей вспомнить о том, какими они были в детстве, как чиста была их юность. Он заставляет людей прислушаться к голосу собственной юности и оценить её снова и снова <…>».
                                     Вениамин Каверин. Из письма, прочитанного на вечере, 
 посвящённом 70-летию К.Г. Паустовского. 1962 г.

«…Есть – настроение. Оно красиво, это настроение, оно щемит и волнует. И за это мы глубоко благодарны Паустовскому, но… но трудная, очевидно, штука – писать настроенческую прозу. Настроение так легко и бесшумно влезает в тебя, в твою руку, так ласково, но настойчиво ведёт ею, что забываешь про всё, кроме стремления сохранить это настроение и донести его до бумаги. Оно незаметно превращается в самоцель, и тогда вспоминается Чехов. Он умел владеть настроением для показа, раскрытия глубин и сложностей человеческих характеров.
Но за что же читатель тянется к Паустовскому, ценит его? За то, что Паустовский не забывает думать о красоте прозы, хотя иногда и срывается на красивость, а многие наши писатели совсем забыли про то, что литература не только социальное исследование, но и искусство, а искусство не может быть без красоты».
Виктор Конецкий. «Из заметок о русском языке». 1969 г.

«Сила таланта Паустовского в неизменном ощущении молодой открытости и чистоты его героев, и я беру на себя смелость сказать, что для него критерий морали – красота мира и красота духовная. Нет сомнения, что в этом неотразимость прозы Паустовского и этим объясняется его неугасающая популярность. Он никогда не был “моден” или “немоден” – его читали всегда. Он был далёк от всякой литературной суеты вокруг своего имени, от ложных фейерверков неудержимых восторгов, от фельдмаршальства в искусстве, разрушающих талант любой величины. Иногда меня спрашивают, почему я так люблю Паустовского – ведь он пишет в другой манере, разрабатывает другие темы, его герои не похожи на моих героев. Я люблю Паустовского потому, что именно он, выдающийся мастер, в самом начале моего литературного пути открыл мне изящество, алмазный блеск самого простого слова, потому что я был покорён его любовью к человеку и в его книгах, и в жизни <…>»
                                                                         Юрий Бондарев. «Мастер» 
(Собрание сочинений в 6-ти томах. Т. 6. – Москва : «Худ. лит.», 1986 г.).

«Константин Георгиевич Паустовский – писатель в русской литературе необыкновенный. Это бросается в сердце, инстинктивно чувствуется каждым читателем, полюбившим или только ещё впервые влюбляющимся в его благоуханно-певучую, светящуюся прозу, но в чем заключается эта необыкновенность, для большинства читателей остаётся непонятым, непроявленным, необъяснимым. Да и нужно ли объяснять чудо? Само всепризнанное мастерство Паустовского, полученное в чудный дар и усовершенствованное непрестанным трудом, его непревзойденно-волшебный, выработанно-естественный русский язык, его, ни в ком не вызывающая сомнений, высокая художественность представляются традиционными для великой русской прозы. Необремененная и незамутненная дыхательная воздушность слога, ясность и лёгкость при чтении воспринимаются как нечто привычное и должное».
Борис Чичибабин. «Слово о любимом писателе». 1991 г.

«Мне просто жалко людей, которые не прочтут его здесь и сейчас. Это чтение оздоровляет, как прогулка после грозы. Вся грязь смыта, вся духота ушла. Дышится легко, и видно только хорошее».
Константин Кедров. «Россия без Паустовского». 2002 г.

«…Красивости в рассказах Паустовского не были, конечно, самоцелью. Главным для него было созидание Человека, ведь вдумчивый читатель становится соавтором рассказа и преображается под воздействием гармонического мира литературы. В 1944 году в статье “Город мастеров” Константин Паустовский пишет о том, что “детей надо вводить в мир больших идей, классических образов, во все разнообразие и богатство жизни”. Идёт война, а он – о детях! Идёт восстановление разрушенного социалистического хозяйства, а он – о цветочках!»
                                          Алексей Черепанов. «Золотая пыль Паустовского»
(«Культура». 2012 г. 1 июня).

«Паустовский – это поэзия. Но в прозе. Поэтические шедевры Паустовского не требовали рифмы: поэзия, возвышенная и прозрачная, пропитывала точные фразы насквозь.
“Романтики”.
“Блистающие облака”…
Великолепная устремленность к верхам жизненных облаков: любви и творчества.
Каждая фраза оттачивалась Паустовским как поэтическая строка; и в том, с какою силой не принимал писатель мещанства, пустого потребительства, тоже играла огнями поэзия.
Его герои – всегда отчасти поэты: бродяги, азартные искатели приключений, знающие подлинность цветов жизни.
Рембо был близок ему.
Трепет бунта против косно-жизненного миропорядка наполнял прекрасную писательскую суть Паустовского.
“Повесть о жизни”, в сущности, поэма, хотя там немало обыденности.
Как поэтично быть трамвайным кондуктором: мир мозаично мелькает, руки крепко пахнут медью.
Он поэтизировал жизнь, Паустовский, иначе невозможно воспринимать реальность, которая, сколь бы ни стремилась, не сможет отменить подлинность поэзии».
Александр Балтин. 24 мая 2022 г.
«Читальный зал» – национальный проект
сбережения русской литературы.

К.Г. Паустовский в Севастополе. 1956 г.

К.Г. Паустовский с моряками Черноморского флота.
Севастополь. 1956 год. 




Новости

Все новости

02.07.2022 новое

3 ИЮЛЯ – ДЕНЬ РАБОТНИКОВ МОРСКОГО И РЕЧНОГО ФЛОТА

21.06.2022 новое

22 ИЮНЯ РОВНО В ЧЕТЫРЕ ЧАСА…

20.06.2022 новое

200 ЛЕТ МОРСКОЙ БИБЛИОТЕКЕ ИМ. АДМИРАЛА М.П.ЛАЗАРЕВА


Архив новостей 2002-2012
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru