Библиотека Виктора Конецкого

«Самое загадочное для менясущество - человек нечитающий»

Иван Краско. МОЙ КОНЕЦКИЙ



Смотрю футбол. «Локомотив» — «Милан». Болею, понятно, за наших. Патриотизм, понимаешь… Не то что могли выиграть, ну хоть не пропустили бы. Класс на стороне гостей, куда денешься — у них на скамейке запасных чемпионы мира. На поле Ривалдо — «удар кувалды», Индзаги… Вот этот меня расстроил. То есть мне плевать, я и не любил его особенно. Игрок, конечно, отменный. Миллионы долларов стоит. Комментатор не раз поведал, что именно он, Индзаги, горазд на всякие «маленькие футбольные хитрости». Вот он и выдал: завалили в штрафной Евсеева, что ли, и заработал пенальти. Чистая «жила», как мы детьми еще это называли. А судья тут как тут, да мало ему одиннадцатиметрового, карточку достает, слава богу, горчичник, не красную. А Индзаги? А ему что? — он и бровью не повел. Он этого и добивался. Он же профи. Для него главное — результат, а какой ценой — его не колышет… По мне, с гнильцой мужик. Хотя какой тут мужик? Для меня сам Марадона кончился, когда рукой мяч забил и не признался! Куда этим говнюкам до наших! Помните, как Игорь Нетто, капитан советской сборной, сказал судье, что гола в ворота соперника НЕ БЫЛО!? Мяч в сетке, а гола нет — дырка около штанги, шарик сбоку и закатился… Вот так, ребята.

Матч продолжается, проигрывает «Локо», это ясно, а я вдруг Витю Конецкого вспомнил. Вот кто был мужик. Интересно, как бы он ко всему этому отнесся? Думаю, по-русски: матерился бы так, что любо-дорого послушать. Ибо крут был. Зверем на несправедливость кидался. Будто голым сердцем все принимал. Адмирал, не адмирал — любому в глаза говорил, что о нем знал и думал.

Многие побаивались Конецкого… А он, уже писателем был известным и любимым, говорил: а, байки пишу, не из пальца высасывал, о том писал, что сам видел, пережил, отстрадал. Флотскую службу знал не понаслышке — хлебнул полной мерой.

…Меня инфаркт ошарашил, скоро уж четыре года тому, пригвоздил к постели. Приходит славный человек, Саша Сылко.

— Иван Иваныч, хватит прохлаждаться.

— Как это?

— Делом займитесь, чего это вы лежите?

— Мне лежать надо. Я жить хочу.

— А вы лежа пишите.

— Что?

— «Байки дяди Вани». Вы же так здорово рассказываете!

— Э, Сашенька, говорить и писать — разные вещи!

— Да вы начните…

Затравил, короче. А Конецкий — он же у нас в кумирах, будто поддразнивает: а что, слабо?

То ли потому, что закваски одной (Виктор курсом старше меня в Подготии и Первом Балтийском учился), то ли талант его такой радиации, что вроде облучился я. Заразился от него… Только куда там? На байки-то потянуло. Моряки, они, знамо дело, до травли охочи, да как бы красным словцом все не ограничилось… Чтобы как у Конецкого — и точно, и с душой да с таким соленым юмором — это вдруг не бывает.

…На одной традиционной встрече в чудильнике (мы так училище окрестили еще с времен Подготии) Виктор строго, будто приказал:

— Краско! Сядь.

Молча глядит, исподлобья, с каким-то любопытством. Провинился, что ли, в чем, да нет — думаю. А робость невольно потом в ладошках обозначилась. Жду, что будет.

— Радио на днях слушаю. Морской рассказ. Обычно я вырубаю на первых минутах… А тут… твою мать… грамотно излагает. Даже «рапо€рт», «компа€с». В нашем деле, чувствую, понимает. А в конце объявляют — оказывается, ты читал.

Обругал или похвалил?

Салажонком зеленым перед ним сижу и в толк не могу взять, к чему это он… Однокурсники Конецкого подходят чокнуться «с артистом», и Виктор, вижу, улыбается. На просьбу мою, если доведется, мои вещи почитать, сказал:

— Да о чем речь. Давно пора.

Это первое сближение оказалось и последним. Незадолго перед смертью, обсуждая радиопередачу, будто бы хотел, чтобы «стыки сделал Ваня Краско». Услышать бы это от самого Вити…

…Лето 2001 года. На «Авроре» торжество по случаю приема в Георгиевский Союз.

Объявляют Виктора Конецкого.

Он болен, это видно, как заметно и то, что подтянуться стоит сил, но к знамени подошел бодро, стоял просветленный, принимая эту честь, как желанную награду. Для кавалера Георгиевского Союза Виктора Конецкого Отечество, Родина — понятия не абстрактные. Перед нами стоял истинный патриот, и слова «Служу России» он произнес просто, без пафоса, но так сокровенно, что присутствующие нутром почуяли важность события.

Витя был бледен, он волновался как мальчишка, этот Человек, исполнивший свое призвание и по-морскому четко осознавший смысл Жизни…




Новости

Все новости

22.06.2017 новое

ДЕНЬ ПАМЯТИ И СКОРБИ

17.06.2017 новое

ПОЭТ ГРАНТ ХАЛАТОВ

11.06.2017 новое

ВИТАЛИЙ И ВИКТОРИЯ


Архив новостей 2002-2012
Яндекс цитирования